Миучча Прада запускает проект Prada made in…, цель которого — показать, что производство компании сосредоточено не только в Европе. И что в этом факте нет ничего зазорного. На вещах, выпускаемых в рамках проекта, имеются соответствующие бирки: Made in India, Made in Peru и т.п. Prada made in… включает в себя ряд коллекций: Made in Scotland — шерстяные клетчатые килты, Made in India — сандалии, сумки ручной работы, украшенные вышивкой «чикан» (белые нити на белой ткани). Made in Japan — джинсы, сделанные на японской мануфактуре Dova. И, наконец, Made in Peru — изделия из шерсти альпаки, связанные перуанскими крестьянками.

По местным правилам


Prada не единственный модный дом, чье производство выходит за европейские границы потому, что компании важно подчеркнуть оригинальность изделия, его экзотичность, натуральность.

Так, Loro Piana и Ermenegildo Zegna делают кашемир в Китае и Монголии, шерсть викуньи привозят из Перу, а шерсть мериноса из Австралии и Новой Зеландии. На последней Неделе моды в Милане Loro Piana анонсировала создание ткани, похожей на смесь шелка со льном, которая делается из цветов лотоса в Мьянме. Бирманские крестьянки собирают цветки, затем надрезают стебель, вытягивают оттуда тонкие нити, сплетают их и просушивают. Пряжа должна быть сделана в течение суток после срезания стебля. Именно поэтому производство сосредоточено в этой стране — если везти сырье в другое место, оно просто испортится.

В компании Stefano Ricci тоже без участия других стран не обходится. Так, хлопок Stefano Ricci заказывает в небольшой египетской компании, а для изготовления мокасин используется кожа папуанского крокодила, разведение которого строго квотировано; на сегодняшний день всю его кожу раскупают три компании в мире.

Точный расчет

Большинство марок старается не афишировать тот факт, что вещи шьются за пределами Европы, — ведь чаще всего это делается не «для экзотики», а ради экономии и увеличения объемов. Высокий спрос на модную одежду требует роста предложения, причем без существенного удорожания производства. «У фэшн-марок целая армия сотрудников, которая создает дизайнерские вещи. И, конечно, им выгодно отшивать свои коллекции в тех частях мира, где рабочая сила дешева, — отмечает Ферутдин Закиров, основатель и владелец бренда и бутиков Feru. — Но справедливости ради нужно сказать, что они следят за процессом пошива и качеством вещей». Примером тому могут служить линии Armani Jeans у Giorgio Armani, а также RLX и Polo у Ralph Lauren — они создаются в Юго-Восточной Азии под жестким контролем региональных офисов.

Но есть у такой стратегии и минусы. «На азиатских фабриках часто производят не только официальный товар, но и нелегальные партии для “серого” рынка, — объяснила “Пятнице” Ирина Акимова, директор шоу-рума Atypik, — затем эти вещи оказываются в маленьких магазинах по существенно более низким ценам. А это наносит ущерб имиджу марки».

Назад в Европу

Между тем производство вещей в Европе имеет не только имиджевые, но и экономические преимущества. «Если фабрика находится недалеко от центрального склада фирмы, это положительно сказывается на поставках: байеры не ждут заказанного товара по полгода, а получают его в течение недели», — говорит директор по развитию шоу-рума Solnce, дистрибьютора в России бренда Rich & Royal, Екатерина Елисеева.

Причем «производить в Европе» не значит шить все вещи, скажем, только в Венгрии или только в Италии: многие компании для оптимизации производства разносят фабрики по разным странам. Так, например, поступают в Samsonite. «Наша коллекция Cosmolite полностью производится в Европе, — рассказала “Пятнице” Наталья Марьина, директор компании по поставкам и маркетингу. — Корпуса чемоданов изготавливаются на заводе в Бельгии, сборка осуществляется в Венгрии. Есть у компании локальные проекты и в России. Здесь делают двусторонние ремни из натуральной кожи, сырье для которых поставляется из Италии. Преимущества производства в нашей стране — гибкая ценовая политика, отсутствие таможенных и логистических рисков».