Шить точно по ноге. Евгению Черепову удалось построить успешный бизнес на простой идее: при производстве ортопедической обуви не забывать о ее внешнем виде
Анастасия Дагаева

Выходец из Казахстана инженер-строитель Евгений Черепов научился зарабатывать практически на чем угодно. Но свое призвание он неожиданно обнаружил в совсем новой для себя отрасли — производстве ортопедической обуви. Оборот основанной им компании “Персей” растет на 40% в год.
В 1993 г. Евгений Черепов окончил Карагандинский политехнический институт по специальности “инженер-строитель подземных сооружений и шахт”. И в следующие семь лет успел и поработать на угольной шахте, и позаниматься бизнесом. “Возил мясо из деревни, торговал обувью, лесом, алкоголем, перерабатывал зерно в крупу”, — перечисляет Черепов свои коммерческие проекты, большинство из которых были весьма успешны. Но в 2000 г. он решил перебраться в Москву — ему, как и многим русским, стало не слишком комфортно в Казахстане.

Без понятия
В Москве Черепов устроился начальником отдела снабжения ортопедической фабрики. “Ее владельцы, американцы, рассчитывали сэкономить на производстве”, — поясняет Черепов. Часть продукции шла в США, часть — распространялась в России. “Я понятия не имел, что такое ортопедическая обувь”, — признается Черепов. Но ему была нужна работа, чтобы почувствовать себя уверенно в новой стране. Устраиваться на работу по хорошо знакомому профилю он не хотел. Новая специальность увлекла его всерьез. Кроме того, сказался накопленный опыт: за несколько месяцев ему удалось сократить расходы на сырье и фурнитуру в четыре раза и увеличить производительность труда по крайней мере вдвое. “Я нашел местного производителя фурнитуры, которая до этого завозилась из Америки, — вспоминает Черепов. — От корки до корки прочитал толстую книгу о логистике”. Эти знания помогли ему внедрить прозрачную систему контроля и учета.
Активность Черепова заметили. Всего через полгода его назначили директором фабрики. Только что назначенный руководитель сразу же отправился в цеха, чтобы на месте изучить процесс производства. “Сотрудники смотрели на меня с удивлением и непониманием”, — рассказывает Черепов. “У меня своя логика: если ты не знаешь, чем управляешь, рано или поздно тебя обязательно надуют”, — поясняет он.
К 2002 г. на фабрике появился экспериментальный цех: работавший там техник-ортопед, объединив опыт отечественной и американской ортопедии, сумел усовершенствовать технологию изготовления обуви. “Она учитывала особенности именно российского потребителя, — поясняет Черепов. — Для инвалидов США самое главное — чтобы ортопедическая обувь была комфортной, а для наших — еще и красивой”. В России старушка с больными ногами может потребовать туфли на каблуках, потому что 45 лет ходит на шпильках и не желает от них отказываться, говорит он.
“Я считал большой удачей разработку технологии, адаптированной под местного клиента. Российские потребители часто возвращали обувь, произведенную по американским стандартам. Их не устраивал ее внешний вид”, — рассказывает Черепов. Но хозяин фабрики воспринял ноу-хау без энтузиазма: российская технология оказалась втрое дороже, чем американская. Врачи-специалисты, затеявшие эксперимент, ушли с фабрики. Позднее уволился оттуда и Черепов. Он объясняет это разницей интересов: “Мне хотелось двигаться дальше, а хозяев компании и так все устраивало”.

Своими силами
Черепову предложили перейти на госслужбу. Но стать чиновником ему помешали бывшие подчиненные, которые обратились к нему за помощью. Они хотели попробовать поработать по своей технологии, но у них не было стартового капитала. Черепов согласился найти деньги и в течение трех месяцев отладить процесс. “И вот эти три месяца длятся до сих пор”, — шутит он. На личные сбережения Черепова было арендовано и отремонтировано помещение в Гольянове, куплено оборудование для изготовления сложной ортопедической обуви. Первоначальные затраты составили $200 000. Черепов стал президентом и 100%-ным владельцем ортопедического центра. Но самым сложным было наладить взаимодействие внутри коллектива, который уже вырос с трех до 30 человек, рассказывает он. “Люди приходили с предприятий, где все этапы изготовления обуви были автономны: врачи работали отдельно от мастеров и продавцов, и сотрудники разных специальностей практически не общались между собой, — говорит Черепов. — Для меня же важно, чтобы каждый специалист знал весь производственный цикл — от изготовления гипсового слепка до выдачи готового изделия”.
Например, врач-ортопед в “Персее” просматривает обувь после каждого производственного этапа. “Мы делаем лечебную обувь, а значит, малейшее отклонение может быть критично”, — поясняет Черепов. В процессе производства предусмотрены минимум три промежуточные примерки. А еще Черепов дает возможность клиентам выбирать цвет, фасон, стиль — в каталоге “Персея” насчитывается 98 моделей. На изготовление одной пары обычно уходит два месяца и 115 основных комплектующих. “Мы работаем с российскими поставщиками, — говорит Черепов. — Так быстрее и дешевле”.
С производителем материалов для ортопедических стелек — компанией “Нилтон” “Персей” сотрудничает три года. “Среди наших клиентов порядка 20 фабрик — говорит Игорь Хаунин, заместитель гендиректора "Нилтона". — На "Персей" приходится 20% всех заказов”. И объемы заказов растут: в 2005 г. “Персей” закупил у “Нилтона” на 40% больше сырья, чем в 2004 г., в нынешнем году, по предварительным прогнозам, этот показатель увеличится на 70%, отмечает Хаунин.
“Для отечественного производителя важно найти свою нишу, — говорит Наталья Демидова, гендиректор Национального обувного союза. — Пошив ортопедической обуви — очень интересный сегмент, в котором у российского производителя есть возможность успешно конкурировать с импортом”. Ведь такую обувь шьют на заказ, и местный производитель получает огромное преимущество. На массовом обувном рынке российским производителям едва ли перспективно тягаться с азиатскими фабриками, на которые приходится до 80% всей обуви, продаваемой в России, отмечает Демидова.
В сегменте ортопедической обуви на стороне отечественного производителя не только сложившиеся обстоятельства, но и государство.
Производство ортопедической обуви считается социально значимым, ведь основные потребители — инвалиды, пенсионеры, дети, указывает Демидова. “Персей” участвует в конкурсах по изготовлению сложной ортопедической обуви, которые проводятся фондами соцстрахования Москвы и Московской области, и научился в них побеждать, говорит Черепов. В результате уже на второй год работы “Персея” основным источником доходов стал госзаказ: в 2003 г. — 878 000 руб., в 2004 г.
— 2,86 млн руб., в прошлом — 3,08 млн. Сейчас “Персей” производит 120-150 пар обуви в месяц. Цена одной пары ортопедической обуви — от 5000 до 15 000 руб.

Игра слов
Не надо путать ортопедическую и профилактическую обувь, предостерегает Евгений Музуров, гендиректор компании “Сандалики.Ру”. “Профилактическая, или анатомическая, обувь повторяет форму ноги, что создает комфорт во время ходьбы, — поясняет он. — Ортопедическая нужна для того, чтобы лечить нарушения опорно-двигательной системы или не допускать их развития”. Производители анатомической обуви нередко называют ее ортопедической. “Настоящая ортопедическая обувь шьется по индивидуальному гипсовому слепку ноги, говорит Музуров. — И обходится в 3-6 раз дороже массовой”.
Два года назад в “Персее” решили выйти на новые рынки и начали выпускать детскую обувь — и ортопедическую, и анатомическую. Решение оказалось правильным: уже сейчас на детскую обувь приходится почти треть заказов, отмечает Черепов. Два года назад решила заняться детской анатомической обувью и компания “Орт-Рипсел”, которая ранее специализировалась на производстве бандажей. “Мы провели опросы среди посетителей наших салонов и увидели, что люди проявляют огромный интерес к подобной продукции”, — рассказывает Алексей Петров, гендиректор компании. Это весьма перспективный сегмент рынка, считает он. Ведь потенциальным клиентом можно считать каждого пятого россиянина в возрасте старше 35 лет. Но пока не освоенный: отделы анатомической обуви есть не более чем в 5% магазинов, утверждает Петров.
Сегмент детской анатомической обуви развивается гораздо более интенсивно, отмечает Музуров. “Если восемь лет назад рынок был практически пуст, то сегодня наш ассортимент на 99% состоит из анатомической обуви, — говорит он. — При этом если обычные детские сандалии стоят около 200 руб., то цена профилактических может доходить до 3000 руб.”. Секрет популярности детской анатомической обуви прост: люди больше думают о здоровье ребенка, чем о собственном.
Но дальнейший рост сегмента в целом и бизнеса Черепова в частности может натолкнуться на серьезные кадровые проблемы “Нам остро не хватает техников-ортопедов, т. е. специалистов, которые совмещают медицинские знания с навыками мастера обувного дела”, — говорит он. Таких специалистов не готовит ни одно учебное заведение в стране, а на то, чтобы вырастить самостоятельно, требуется не менее пяти лет. Поэтому 12 штатным мастерам “Персея” приходится совмещать работу на производстве с наставничеством. В компании работают восемь учеников, недавних выпускников обувного техникума.
Источник: Ведомости