Мода для народа: истории успеха

Мода для народа: истории успеха
Пока аналитики спорят о существовании кризиса в индустрии pret-a-porter, представители этой индустрии постепенно завоевывают российский рынок.
«Дизайнеры, которые создают собственные марки pret-a-porter, добиваются успеха, но не становятся известными», - считает Инна Гундарова, начальник управления маркетинга и ассортиментной политики компании «Панинтер». - «Грамотный художник в производстве должен работать на потребителя и иногда даже давить в себе какие-то порывы».
История «Панинтера» - это иллюстрация к классической голливудской success story. Шесть швейных машинок и 2 тысячи рублей на старте - и сеть магазинов сейчас, спустя 10 лет. С самого начала компания работала на себя, вкладывая всю прибыль в расширение производства.
«Для того, чтобы организовать производство, дизайнер должен обладать очень высокой квалификацией», - продолжает Инна Гундарова. – напечатать 10 принтов или сделать 5 брошек проще, чем те же принты выпускать тиражом в тысячу штук. Это совсем другая технология. То, что чаще всего с помпой показывают на подиуме, это не коллекции дизайнеров в индустрии моды. Это творчество, но зачастую эту одежду вообще нельзя носить».
Дизайнер серийного производства, по сути, должен стать «рассудительным романтиком», создавая креативные коллекции с оглядкой на интересы масс.
«У нас очень много моделей одежды, которые отшиваются небольшими партиями.» - рассказывает Виктория Бедухина, директор марки Deffinesse (модельер Ольга Деффи). – «В год мы выпускаем три коллекции – весна-лето, осень-зима и новогоднюю. 200-250 артикулов выходит в новогодней коллекции, по 300-350 – в сезонных». Такой подход помогает охватить максимальную аудиторию бренда.
Кроме квалификации дизайнера, для успешной работы компании нужны деньги. Это задачу на Западе решают просто – берут кредит. Российские кутюрье банкам не доверяют, а банки не доверяют российским кутюрье, предпочитая более крупные и прибыльные инвестиции с меньшими рисками. Поэтому дизайнерам остается либо начинать с малого – тех самых шести машинок, либо ждать безвозмездной помощи спонсора. Второй вариант чреват тем, что если вдруг у дизайнера все получится, спонсор может решить отсудить у него право на использование торговой марки.
Существует и компромисс – полноценное партнерство, в котором инвестор берет на себя заботу о финансах и делах, а дизайнер занимается созданием коллекций. «Мода – это красивый, имиджевый бизнес», - рассказывает Елена Васса. - «Люди амбициозные благодаря ему раскручивают себя и становятся узнаваемыми, причастность к миру моды престижна».
Как только дизайн становится бизнесом, начинаются проблемы. «В нашей стране нет четкого деления рынка pret-a-porter на ниши» – считает Vassa. – Все сегменты перемешаны, нет четких категорий цен. На Западе в каждой ценовой группе определены свои игроки, с которыми нужно конкурировать, а у нас можно открывать магазины, в которых продается и люкс, и масс-маркет».
Конкуренции с отечественными производителями фактически на российском рынке нет. Гораздо хуже дело обстоит с экспансией западных марок - Benetton, Naf-Naf, MEXX, Zara.
«Zara очень часто любят приводить в пример «быстрого» производства – у них весь цикл от создания коллекции до поступления в магазины занимает примерно две недели» - рассказывается Инна Гундарова. – «у нас на это уходит шесть-семь месяцев. Сейчас, к примеру, мы шьем летние коллекции, чтобы в феврале они появились в магазинах. При этом Zara не вкладывается в рекламу и говорит, что самый лучший PR – это витрины».
«Новичкам рынка приходится бороться с раскрученными марками, за которыми стоят многомиллионные бюджеты» - соглашается Елена Васса. - «Производство в России дорогое, и себестоимость не позволяет устанавливать конкурентоспособные цены. Проблема в таможенной системе, в этом, прежде всего, вина государства. Ни в одной стране мира такого нет. Первым делом все концентрируются на собственных производителях, а в нашей стране во главе стоят интересы потребителя».
Интересы потребителя удовлетворены без меры – рынок готовой одежды в России перенасыщен, причем, за счет импорта. Против отечественной моды играет и стереотип – многие предпочитают покупать турецкий и китайский ширпотреб за те же деньги, считая одежду российских дизайнеров некачественной. Однако рынок развивается – слабо, но постоянно.
«С каждым годом становится работать проще», – говорит Виктория Бедухина. – «люди понимают, что российские дизайнеры умеют работать хорошо, и шить одежду ни в коем случае не хуже, а чаще лучше и качественнее, чем то, что предлагает Запад». Тем более, что fashion-индустрия это бесконечный бизнес – с каждой новой коллекцией он получает новую жизнь, начиная новый виток.
Информация gazeta.ru